Ранний опыт государственного строительства большевиков и Конституция РСФСР 1918 года    0   4125  | Официальные извинения    407   28255  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    192   39471 

Наши авторы

КУДРИНА Юлия

КУДРИНА Юлия Викторовна — ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, доктор ис­торических наук.

статьи автора

Ф. М. Достоевский, император Александр III и русская идея

 112  31958

Ну что будет с Россией, если мы, последние Могикане, умрем?

Из письма Ф. М. Достоевского К. П. Победоносцеву 24 августа (5 сентября) 1879 года.

Величайшие философы, писа­тели и ученые, композиторы и художники, творившие в России в конце XIX — начале ХХ века, в «эпоху мысли и разума», оставили потомкам глубочайшие философские работы, непревзойденные до сих пор произведения культуры. Среди выдаю­щихся русских мыслителей того вре­мени особое место занимает Ф. М. До­стоевский, всемирно признанный писатель и пророк-философ. Рядом с ним, но в тени его, стоит ученый, философ, правовед, писатель — не оцененный современниками и по­томками К. П. Победоносцев. Дружба и идейная близость этих людей, их влияние друг на друга, на верховную власть, а тем самым — на выбор исто­рического пути развития России тре­буют пристального внимания.

Летом 1873 года Победоносцев ста­новится помощником Достоевского в редакции журнала «Гражданин», со­вместно работая над редактировани­ем поступавших в редакцию матери­алов. Из письма Ф. М. Достоевского жене Анне Григорьевне от26 июля 1873 года: «Вчера приехал Победонос­цев, был в редакции, ждал меня, но я не был, и просил запиской заехать к себе в 9-м часу. Я был у него вчера и сидел до 12. Все говорил, много сообщил и ужасно просил опять сегодня при­ехать. Если же я буду болен, то дать ему знать, и он сам ко мне приедет сидеть. Укутал меня пледом, и так как кроме служанки в пустой квартире не было никого, то, несмотря на выбежавшую в переднюю служанку, провожал меня по трем темным лестницам вниз, со свечой в руках, до самого подъезда. На острове Вайте читал мое "Пре­ступление и наказание" (в первый раз в жизни) по рекомендации одного лица, слишком известного тебе одно­го моего почитателя, который сопро­вождал в Англию, следовательно, дела еще не совсем плохи»