Ранний опыт государственного строительства большевиков и Конституция РСФСР 1918 года
7
25948
|
Официальные извинения
972
107986
|
Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности
239
86326
«Правый дрейф» 2.0. в Латинской Америке. Предварительные итоги 0
14
Политический ландшафт и характеристика современных правыхВ рамках суперцикла 2021-2024 гг. прошли всеобщие выборы в 17 странах Латинской Америки и произошло существенное переформатирование ее политического ландшафта [58]. Основным итогом электоральных процессов после левого поворота 1.0. на рубеже прошлого и нынешнего столетий, правого дрейфа 1.0. (2009 — 2017) и «розовой волны» (2018 — 2022) стал очередной сдвиг политического маятника вправо [7-10, 13-16]. Эта тенденция заметно усилилась в 2025 г., когда по результатам всех четырех избирательных кампаний к власти пришли политики, принадлежащие к правому спектру: по состоянию на первую четверть 2026 г. они возглавляли властные органы в 12 из 20 стран региона (Аргентина, Боливия, Гаити, Гондурас, Доминиканская Республика, Коста-Рика, Панама, Парагвай, Перу, Сальвадор, Чили и Эквадор). На противоположном полюсе расположены сторонники традиционного социализма (Куба) или «социализма XXI века» (Венесуэла и Никарагуа). Промежуточные позиции занимают левоцентристские «прогрессисты» — приверженцы различных вариантов социал-демократии или социального либерализма (Бразилия, Гватемала, Колумбия, Мексика и Уругвай). Существенные коррективы могут внести президентские и парламентские выборы 2026 г. в Колумбии, Перу и Бразилии. Правый реванш не означает ухода левых с политической арены: «прогрессисты» возглавляют Бразилию и Мексику, две крупнейшие страны региона, в большинстве государств представляют влиятельную оппозицию и контролируют до половины состава парламентов. Сохраняются прочные связи левых партий с профсоюзами и массовыми социальными движениями. Изменения в расстановке политических сил вновь обострили дискуссию относительно сохраняющегося в политологии и публицистике традиционного деления на левых и правых [5, 12, 13, 35, 39]. Известный российский латиноамериканист, чл.-корр. РАН В.М. Давыдов призывает отказаться от стереотипов, поскольку на обоих флангах лево-правой дихотомии представлен широкий спектр основных и второстепенных субъектов политики. По его мнению, колебания политического маятника происходят не в чистом виде: левые уже не могут игнорировать рынок и предпринимательскую инициативу, а правые — удовлетворение общественных потребностей, борьбу с бедностью и сокращение социальной поляризации [2. C.22]. В предшествующий период наметилась конвергенция между правыми и левыми при их эволюции в сторону центра. В то же время в условиях усилившейся политической поляризации разница между ними все более очевидна. При всей размытости границ левые по-прежнему ассоциируются с идеями справедливости и социального равенства, выступают за ограничение частной собственности на средства производства, укрепление госсектора, кооперацию, коллективное ведение хозяйства, в то время как приоритетом правых остаются курс на глобализацию, эффективность и конкурентоспособность экономики на основе приватизации и свободного рынка, признание неравенства и сохранение социальной иерархии при ограниченной адресной помощи малообеспеченным. В сфере внешней политики левые поддерживают идею создания многополярного мира и проводят многовекторную политику, а правые однозначно признают гегемонию США. В рамках региона «реперными точками» остаются, соответственно, Куба и США [14. C. 38-44]. Правый спектр так же неоднороден, как и левый. После ухода правоавторитарных военно-диктаторских режимов с политической сцены пришедшие к власти крайние неолибералы, несмотря на прагматизм, вынуждены решать острые социальные проблемы. Экономическая стратегия консерваторов практически аналогична, разница заключается только в отношении к традиционным ценностям. В последние годы появились ультраправые политики и партии, для которых характерны национализм и ксенофобия, нередко — критика современной глобализации и протекционизм в экономике. Эти тенденции проявились в ходе электоральных процессов 2025 года.
Эквадор: повторение досрочных выборов«Правый дрейф» в Эквадоре начался после политического кризиса 2023 г., вызванного противостоянием законодательной и исполнительной ветвей власти. Для разрешения конфликта были досрочно прекращены полномочия президента и парламента и проведены внеочередные всеобщие выборы, на которых основная борьба развернулась между Луисой Гонсалес от движения «Гражданская революция» (РС), сторонницей экс-президента Рафаэля Корреа (2007 — 2017), одного из идеологов «социализма XXI века», и бизнесменом Даниэлем Нобоа, поддержанного правоцентристским Национальным демократическим действием (АДН), который победил с минимальным отрывом, набрав 51,83% голосов [7. C.151-153]. Избирательная кампания шла на фоне внутреннего вооруженного конфликта, объявленного в связи с резким ухудшением криминальной ситуации и роста насилия [56]. Для борьбы с наркотрафиком и другими формами организованной преступности было введено чрезвычайное положение. В рамках «Плана Феникс» президент, следуя примеру своего сальвадорского коллеги Наджиба (Найиба) Букеле, вывел на улицы армейские подразделения, объявил о строительстве двух мегатюрем и смене военного руководства, обвиняемого в сотрудничестве с преступными группировками [47]. По закону, ограничивающему использование административного ресурса, на время избирательной кампании Д. Нобоа должен был передать свой пост вице-президенту Веронике Абад, однако из-за острых разногласий между ними исполняющей обязанности президента была назначена руководительница его администрации Синтия Хеллиберт. Очередные всеобщие выборы 2025 г. характеризовались фрагментацией и поляризацией политических сил. При наличии 16 претендентов борьба снова развернулась между Д. Нобоа и Л. Гонсалес, которые в первом туре 9 февраля 2025 г. набрали соответственно 44,17 и 44,0% голосов. Во втором туре (13 апреля) Д. Нобоа добился заметного преимущества (55,63 против 44,37%). Политическая поляризация сохранилась и в Национальной ассамблее: «Гражданская революция» и Национальное демократическое действие заняли по 66 из 251 места, но благодаря поддержке других правых партий и независимых депутатов правящая коалиция получила большинство –78 мест [22]. Переизбранный на второй срок Д. Нобоа родился 30 ноября 1987 г. в Майами (США), он сын «бананового короля» и мультимиллионера, выпускник Нью-Йоркского университета, Гарварда и Университета Дж. Вашингтона, где изучал менеджмент, госуправление и политические коммуникации, ранее занимал пост председателя комиссии по экономическому развитию в Национальной ассамблее. Экономическая модель Д. Нобоа и созданной им партии определяется как «свободное предпринимательство с социальной ответственностью». Программа АДН предусматривает стимулирование экономического роста и занятости за счет государственной поддержки малого и среднего бизнеса, предоставление налоговых льгот компаниям, сохранение доллара США в качестве национальной валюты и привлечение иностранных инвестиций. Важное место занимают борьба с коррупцией, наркотрафиком и оргпреступностью, укрепление пенитенциарной системы и строительство «плавучих тюрем» для особо опасных преступников, соблюдение прав человека и отсутствие любых форм дискриминации [18]. В плане правительства на 2025 — 2029 гг. особое внимание уделяется проблемам безопасности, в том числе снижению уровня насилия, реформированию судебной системы, борьбе с оргпреступностью, защите населения от стихийных бедствий и милитаризации портов. Экономическая стабильность основывается на скорректированной неолиберальной модели, предполагающей привлечение инвестиций, снижение налогов и внедрение инноваций, активизацию сельского хозяйства и аквакультуры, поддержку сельхозпроизводителей, рост занятости и торговли. Социальная политика включает улучшение условий жизни, здравоохранения, образования, культуры и обеспечение большего равенства. Решение экологических проблем предусматривает защиту природных ресурсов, обеспечение устойчивого развития за счет альтернативных источников энергии, мониторинг качества воды и воздуха, безотходное производство, обеспечение транспортной доступности. Предполагается соблюдение этических норм, обеспечение прозрачности и эффективности государства и привлечение рядовых граждан и общественных организаций к участию в разработке правительственных документов [48]. Реализация программы спровоцировала недовольство населения. Массовые социальные протесты, охватившие страну в сентябре-декабре 2025 г., были вызваны отказом правительства субсидировать дизельное топливо и намерением начать добычу природных ресурсов в заповедных районах. Конфедерация коренных народов Эквадора (КОНАИЭ) начала общенациональную забастовку, продолжавшуюся больше месяца, к которой присоединились другие категории населения. Правительство ввело чрезвычайное положение, массовые протесты неоднократно перерастали в противостояние с армией и полицией. В итоге проекты по добыче природных ископаемых были частично заморожены или переданы на рассмотрение местных органов власти, а согласие по поводу цен на горючее так и не было достигнуто. Тем не менее протесты пошли на спад [25]. Недовольство политикой правительства отразилось на результатах референдума 16 ноября 2025 г., участники которого отвергли предложение разместить на территории страны иностранные военные базы (60,82%), отменить бюджетное финансирование политических партий (58,3%), сократить число мест в парламенте (53,71%) и созвать Конституционную ассамблею (61,8%) [23]. Внешняя политика не нашла отражения в базовых правительственных документах. Для нее характерны высокая степень активности, многовекторность и прагматизм. С момента первого избрания на свой пост президент нанес 29 зарубежных визитов [26]. Ключевым союзником и экономическим партнером Эквадора остаются США, которые лидируют по товарообороту, инвестициям и сотрудничеству в сфере безопасности. Тесные связи сложились и с государствами Евросоюза, в первую очередь, с Испанией. Нобоа выразил сожаление по поводу осложнения отношений между США и ЕС. Эквадор входит в состав Андского сообщества наций (КАН), является наблюдателем в Тихоокеанском альянсе (АП) и ассоциированным членом Южноамериканского общего рынка (МЕРКОСУР). В двусторонних связях ориентируется на правые правительства, в то время как отношения с президентами, принадлежащими к левому спектру, остаются напряженными. Связи с Китаем, занимающим второе место после США по товарообороту, развиваются в рамках договора о свободной торговле. Нобоа выступает с критикой российской специальной военной операции и поддерживает контакты с руководством Украины, но не присоединяется к антироссийским санкциям.
Боливия: от «социализма XXI века к «капитализму для всех»Существенные изменения в расстановке политических сил произошли в Боливии в результате поражения на всеобщих выборах 2025 г. Движения к социализму (МАС), находившегося у власти с 2006 по 2019 и с 2020 по 2025 годы. Во время правления Эво Моралеса (2006-2019), первого в боливийской истории представителя народа аймара, одно из беднейших государств региона добилось заметного прогресса. Благоприятная конъюнктура способствовала высоким темпам экономического роста, национализация ключевых отраслей промышленности обеспечила ресурсы для решения острых социальных проблем и строительства объектов инфраструктуры. Аграрная реформа перераспределила государственные и неиспользуемые земли в пользу крестьянских общин. Членство в Боливарианском альянсе для народов нашей Америки (АЛБА) активизировало сотрудничество с другими сторонниками «социализма XXI века», а антиамериканизм — отношения с Россией и Китаем. Однако на фоне первоначальной эйфории и высокого рейтинга президента начали проявляться и негативные тенденции. Предпосылки дестабилизации возникли из-за стремления Э. Моралеса вопреки конституции и итогам общенационального референдума (февраль 2016 г.) продлить свои полномочия и баллотироваться на четвертый срок. В октябре 2019 г. после первого тура выборов, не признаваемых оппозицией, под давлением массовых социальных протестов и высшего военного командования Э. Моралес был вынужден уйти в отставку и покинуть страну. Его сторонники считают эти события госпереворотом. Тем не менее, МАС сохранило свою социальную базу, а в октябре 2020 г. его кандидат Луис Арсе Катакора, министр экономики и финансов в правительстве Э. Моралеса, победил на президентских выборах. Заняв пост главы государства, Л. Арсе дистанцировался от Э. Моралеса, стремясь укрепить свою власть и проводить более умеренный технократический курс. В 2023 г. намерение экс-президента в очередной раз баллотироваться на высший государственный пост привело к расколу Движения к социализму. За фракцией Л. Арсе сохранилось прежнее название, а сторонники Э. Моралеса объявили о создании политической платформы «Эво Народ». Потеря парламентского большинства усилила политическую нестабильность и осложнила управление страной. После отказа Многонационального конституционного суда зарегистрировать Э. Моралеса кандидатом в президенты по всей стране проходили массовые протесты, блокировки дорог и забастовки, организованные его сторонниками. Несмотря на реализацию ряда значимых инфраструктурных проектов и повышение минимальной зарплаты, экономическая и социальная ситуация продолжала ухудшаться. Во II квартале 2025 г. после стагнации ВВП Боливии сократился на 2,79% по сравнению с тем же периодом предыдущего года, к концу 2025 г. инфляция повысилась до 20,4%, а дефицит бюджета достиг 7,8% ВВП [57]. Снижение добычи и экспорта природного газа, основного источника валютных поступлений, отразилось на нехватке топлива и продовольствия, привело к росту цен и формированию параллельного обменного курса. В кризисной ситуации в июле 2025 г. рейтинг Л. Арсе упал до 17,5% (это один из самых низких показателей в регионе) [37], и он предпочел не выдвигаться на второй срок. В этих условиях итоги всеобщих выборов стали непредсказуемыми, а прогнозы самых влиятельных социологических агентств оказались недостоверными. В первом туре 17 августа 2025 г. участвовали восемь кандидатов. На первом месте оказался представитель Христианско-демократической партии (ПДК) Родриго Пас Перейра, набравший 32,6% голосов. Во второй тур вышел кандидат либерально-консервативного альянса «Свобода и демократия» (ЛИБРЕ), экс-президент Хорхе (Тито) Кирога с 26,7%, в то время как лидер соцопросов, крупный предприниматель, представляющий правоцентристский альянс «Единство» Самуэль Дориа Медина оказался только на третьем месте (19,69%). Трагедией для «прогрессистов» стали крайне низкие результаты (8,51%) председателя Сената Андронико Родригеса из Народного альянса, первоначального соратника Э. Моралеса, поссорившегося со своим лидером, который призвал своих сторонников бойкотировать выборы. Самым шокирующим для левых сил стал провал Эдуардо Кастильо из Движения к социализму: проправительственный кандидат оказался на шестом месте, набрав только 3,17% голосов [41]. Во втором туре 19 октября 2025 г. главой государства избран Р. Пас (54,96%). Призывы Э. Моралеса к бойкоту не нашли отклика избирателей: явка на выборах составила 86,95% [43]. В Многонациональной законодательной ассамблее Христианско-демократическая партия заняла лишь 49 из 130 мест в Палате депутатов, но вместе с союзниками из ЛИБРЕ (39), «Единства» (26) и «Присоединяйся» (5) ей обеспечено квалифицированное большинство (119 мест). В Сенате правые и правоцентристские партии заняли все 36 мест. МАС вообще не представлено в верхней и имеет двух депутатов в нижней палате [42]. Выборы прошли в спокойной обстановке и без существенных нарушений. Родриго Пас Перейра, сын экс-президента Хайме Паса Саморы (1989-1993), родился 22 сентября 1967 г. в г. Сантьяго-де-Компостела (Испания), где его родители в период военного режима находились в политической ссылке. Учился в иезуитских колледжах, получил степень бакалавра по экономике и международным отношениям и степень магистра в области политического менеджмента в Американском университете в Вашингтоне, был торговым атташе в посольстве Боливии в Испании и временным поверенным в ВТО, избирался мэром г. Тариха, депутатом и сенатором [51]. Христианско-демократическая партия придерживается идеологии социального либерализма, тесно связана с Римско-католической церковью и выступает за гуманизм, в защиту прав человека и традиционных ценностей под лозунгом «Бог, Родина и семья» [45]. Р. Пас резко критикует предыдущее правительство по всем направлениям. Предлагаемая им модель развития определяется как «капитализм для всех». Программа правящей партии и правительства на 2026-2030 гг. основана на децентрализации управления, включает снижение налогов и перераспределение бюджетного финансирования, при котором половина расходов будет выделяться административно-территориальным единицам. Президент намерен ликвидировать бюджетный дефицит за счет сокращения расходов и замораживания деятельности нерентабельных государственных предприятий. Решение финансовых проблем увязывается с созданием стабилизационного фонда, унификацией обменного курса, либерализацией экспорта и импорта. Модернизация государства базируется на эффективной системе контроля, повышении профессионализма управленческих кадров и компьютеризации. Реструктуризация судебной системы должна опираться на зарубежный опыт и основываться на реорганизации профессиональной подготовки юристов и институционализации судебной ветви власти, включая Конституционный суд [50]. В социальной сфере ставится задача улучшить качество и конкурентоспособность образования в соответствии с международными стандартами, обеспечить доступ населения к качественному здравоохранению и другим социальным услугам, повысить уровень жизни уязвимых слоев населения, увеличить инвестиции в развитие науки, технологии и инноваций. Большое внимание уделяется охране окружающей среды и рациональному использованию природных ресурсов, использованию возобновляемых источников энергии, учету прав коренного населения при добыче полезных ископаемых. Обеспечение национальной безопасности и снижение уровня преступности предполагают реформирование пенитенциарной системы и разработку мер по интеграции бывших преступников в общество, сведение к минимуму насилия и коррупции, модернизацию и профессионализацию вооруженных сил и полиции [50]. Во внешней политике очевидна смена приоритетов. Правительство Р. Паса восстановило дипломатические отношения с США, возобновило деятельность Управления по борьбе с наркотиками и намерено активно сотрудничать с ними в экономике, безопасности и образование. Одновременно Боливия дистанцировалась от Венесуэлы, Кубы и Никарагуа, принято решение об исключении страны из АЛБА, при этом правительство выступает за сохранение и укрепление сотрудничества с МЕРКОСУР. Отношения с Китаем и Россией предполагается развивать на прагматичной основе, правительство заявило о соблюдении подписанных контрактов в сфере углеводородов, лития и других редкоземельных металлов, хотя и не согласно с формой их заключения. Р. Пас положительно оценил деятельность БРИКС [11], можно предположить, что, несмотря на давление США, это сотрудничество на каком-то уровне сохранится.
Радикальная смена курса в ЧилиПосле восстановления демократии Чили превратилось в одно из самых стабильных латиноамериканских государств, где регулярно сменялись у власти представители лево- и правоцентристских партий, итоги выборов не оспаривались, а политическая система приводилась в качестве эталона консолидированной демократии. За десятилетия сложившаяся «модель компромиссов» девальвировалась, социальные, политические и этнические проблемы накапливались, а рейтинг системообразующих партий достиг миниума. Надежды электората на реформы были связаны с приходом к власти представителя «новых левых» Габриэля Борича (2022 — 2026), самого молодого президента в истории страны, лидера массовых студенческих протестов, кандидата леворадикального объединения «Одобряю достоинство» в составе Широкого фронта и Компартии Чили (КПЧ), выступающих с жесткой критикой не только правых партий, но и официального левоцентризма [4]. На фоне региона ситуация в Чили выглядит благополучно, хотя критики правительства не всегда обоснованно возлагают на него ответственность за снижение темпов роста и медленное восстановление экономики в постковидный период. Хотя с 2021 по 2025 г. темпы роста упали с 11,3 до 2%, инфляция снизилась с 11,3 до 4,3% [32]. Положительные сдвиги произошли и в сфере торговли: чилийский экспорт превысил 107 млрд.долл. (максимум поcле 2013 года) [40]. С 2022 по 2024 г. уровень бедности снизился с 20,5 до 17,3%, а нищеты — с 8,5 до 6,9%. Социальная поляризация остается довольно высокой (индекс Джини — 0,46) [38]. В актив правительства можно внести реформирование пенсионной системы, улучшившее положение неработающих граждан, и поэтапное снижение продолжительности рабочей недели с 45 до 40 часов. Чили традиционно считается одной из самых безопасных зон Латинской Америки: по количеству убийств на 100 тыс. населения в 2024 г. страна находилась в конце списка и значительно уступала среднему показателю по региону (соответственно 5,5 и 20,2) [30]. Но с 2022 по 2023 г. число других преступлений, таких как незаконный оборот наркотиков, похищения людей, контрабанда мигрантов, отмывание денег и незаконное использование оружия увеличилось в среднем на 8,4%, а число случаев насилия, связанных с оргпреступностью, возросло почти на 37%, с 3834 до 5265 случаев [20]. Для борьбы с преступностью было создано министерство общественной безопасности, но его деятельность не принесла ожидаемых результатов. Недовольство населения вызвал неконтролируемый приток нелегальных мигрантов, преимущественно из Венесуэлы, что привело к росту преступности, социальной напряженности и ксенофобии. По оценкам, в Чили проживает 1,9 млн. иностранцев, в том числе 38% венесуэльцев, из них 17,6% — незаконные иммигранты [28]. Не удалось «новым левым» урегулировать доставшийся им в наследие конфликт с радикальным протестным движением коренного народа мапуче, разочарованного в государстве, социальных программах, а также из-за невозможности решить вопрос о конституционном признании и возвращении исторических территорий [3]. Ударом по престижу Г. Борича стал провал конституционной реформы, которая должна была отменить Основной закон 1980 г., принятый еще при военной диктатуре, хотя и существенно реформированный. Первый проект, разработанный Конституционным конвентом, в котором преобладали депутаты левых убеждений, идеалистичный и политизированный, был отвергнут на плебисците 4 сентября 2022 г. 61,89% избирателей [54]. Новый вариант, предложенный преимущественно правым составом законодателей, также был отклонен на референдуме 17 декабря 2023 г. (Против проголосовали 55,76% при явке 84,48%) [53]. Внешняя политика Чили была непоследовательной. Из-за непризнания легитимности Н. Мадуро были разорваны дипломатические отношения с Венесуэлой, Борич осудил террористическую атаку ХАМАС и одновременно отозвал чилийских военных атташе из Израиля, резкой критике подверглась политика России по отношению к Украине, снизился уровень отношений с США и т.д. Все это отразилось на мнении электората. В сентябре — октябре 2025 г. наибольшее беспокойство у чилийцев вызывала криминальная ситуация (61%), далее с большим отрывом следовали уровень здравоохранения (38%), занятость (26%), образование (23%), наркотрафик (22%) и иммиграция (21%) [27. C. 5]. Экономическую ситуацию считали очень хорошей или хорошей только 16%, а политическую — лишь 10% [27. C.6,17]. 20% характеризовали мандат Г. Борича как прогресс, 30% — как регресс и 50% — как застой [27. C.10]. Положительно оценили его правление только 28% [27. C.31]. В результате недовольства и разочарования большинства избирателей политический маятник отклонился резко вправо. Из-за падения влияния близких к центру партий в 2025 г. острая борьба в очередной раз развернулась между полярными субъектами политики. Проправительственный блок «Единство ради Чили», объединивший практически все партии левого спектра, провел праймериз (29 июня 2025 г.), на которых лидировала коммунистка Жаннетт Хара, министр труда и социальной защиты в правительстве Г. Борича, набравшая 60,16% [55]. Правые партии предпочли бороться за пост главы государства самостоятельно. В первом туре 16 ноября 2025 г. относительное большинство получила Ж. Хара (26,8%), за ней с небольшим отрывом следовал лидер крайне правой Республиканской партии (ПРЧ) Хосе Антонио Каст (23,9%). Третье место занял руководитель популистской Партии народа (ПДХ), радио- и телеведущий Франк Париси (19,7%), четвертое — лидер ультраправой Национальной либертарианской партии (ПНЛ) Йоханнес Кайзер (13,9%) и пятое — представительница традиционных правых из Независимого демократического союза (УДИ) Эвелин Маттеи (12,5%). Электорат каждого из трех независимых кандидатов составлял около 1%. Во втором туре 14 декабря 2025 г. правые объединили усилия и поддержали Х.А. Каста, победившего с большим отрывом Ж. Хару (соответственно 58,2 и 41,8% голосов) [21]. На итогах голосования сказались как недочеты правительства, так и не совсем удачный выбор кандидата. Раздражителем и психологическим барьером для многих избирателей стала партийная принадлежность Ж. Хары: чилийцы надолго запомнили и неудачи «Народного единства» в начале 1970-х, и последующий переворот Аугусто Пиночета. Даже обещание Хары приостановить членство в КПЧ в случае победы не добавило ей привлекательности в глазах избирателей-центристов [17]. После переизбрания полного состава Палаты депутатов на 2026 — 2030 гг. (155 мест) и 23 из 50 сенаторов на 2026 — 2034 гг. в парламенте представлен широкий спектр партий. В нижней палате «Единство ради Чили» получило относительное большинство (61 место), пропрезидентская фракция «Перемены ради Чили» — 42, в том числе ПРЧ — 31, ПНЛ — 8 и Социал-христианская партия — 3, традиционные правые из «Великого и единого Чили» — 34 и ПДХ — 14 мест. В верхней палате у «Единства ради Чили» 20, «Великого и единого Чили» 18 и у «Перемен ради Чили» только 7 сенаторов (в том числе 6 у республиканцев и одно у либертарианцев) [21]. Несмотря на относительную немногочисленность парламентариев от правящей партии, в сумме правые преобладают в обеих палатах. Хосе Антонио Каст родился 18 января 1966 г. в Сантьяго. Он сын лейтенанта немецкой армии, члена Национал-социалистической рабочей партии Германии, бежавшего в Латинскую Америку во время денацификации Германии. Изучал право в Папском католическом университете, занимался семейным бизнесом. Активно поддерживал диктатуру А. Пиночета и выступал за продление его полномочий. Занимал пост генерального секретаря УДИ, неоднократно избирался депутатом парламента. В 2019 г. на основе более правого течения УДИ создал Республиканскую партию, которая выступает за социально ориентированную и децентрализованную рыночную экономику при минимальном, но эффективном современном государстве. Правящая партия считает себя религиозной, однако неконфессиональной организацией, поддерживает моральные добродетели и традиционные западные христианские ценности, признает значимость свободы личности и демократической системы [44]. Реализация предвыборной программы президента, в целом типичной для правительств правого спектра, базируется на лозунге «порядок, экономический прогресс и свобода». В отличие от других правительств, на первый план выносятся не экономические и социальные проблемы, а обеспечение национальной безопасности и борьба с оргпреступностью и наркотрафиком. Предлагаемые меры включают расширение полномочий армии и полиции, увеличение финансирования силовых структур, ликвидацию криминальных банд, ужесточение наказания для преступников и совершенствование пенитенциарной системы. Для прекращения нелегальной миграции предлагается укрепить границы с соседними странами и усилить пограничный контроль, а также выслать всех нелегалов [36]. Экономическая стратегия основана на использовании рыночных механизмов, сокращении госрасходов и сбалансированном бюджете, снижении налогов, сокращении теневого сектора, ликвидации препон и создании благоприятных условий для малых и средних предприятий. Устанавливается жесткий контроль над госсектором и госорганами на основе независимого аудита, недопущения коррупции, права на увольнение неквалифицированных и недобросовестных сотрудников, запрет забастовок и пересмотр заключенных контрактов. Предлагаемые социальные меры носят адресный характер: предоставление субсидий для решения жилищной проблемы, расширение доступа к образованию и медицинскому обслуживанию, стимулирование рождаемости, использование опыта пенсионеров и улучшение их положения [36]. При сохранении многовекторности и прагматизма во внешнюю политику, по всей вероятности, будут внесены существенные коррективы. Главная из них — превращение США в основного стратегического партнера в борьбе с транснациональной преступностью, нелегальной миграцией и наркотрафиком. Высокая оценка политики Д. Трампа чилийским руководителем и его безоговорочная поддержка операции по захвату Н. Мадуро свидетельствуют об отсутствии политических разногласий. Определенные трения могут возникнуть в экономической сфере при стремлении США пересмотреть действующий Договор о свободной торговле. Европейский вектор подтверждает курс на сближение с идеологически близкими националистически настроенными «новыми правыми»: самую высокую оценку Х.А. Каста получила политика Джорджи Мелони (Италия), Виктора Орбана (Венгрия), испанской партии Vox и др. [52]. В латиноамериканском регионе самое тесное сотрудничество складывается с Х. Милеем (Аргентина), Д. Нобоа (Эквадор) и Н. Букеле (Сальвадор). Этому способствуют не только идеологическая близость, но и поиск решения проблем безопасности, незаконной миграции и экономического развития. Активизация отношений с остальными правительствами консервативной направленности, выступающими с критикой всех разновидностей социализма, открывает дополнительные возможности для давления на Венесуэлу, Кубу и Никарагуа. С умеренными левоцентристами отношения могут развиваться на прагматичной основе. Ориентация на США и другие западные страны может вызвать сложности с основным торговым партнером — Китаем, ключевым покупателем меди, лития и ряда сельхозтоваров. В то же время, как справедливо отмечает профессор Чилийского университета Роберт Функ, Чили не может позволить себе роскошь выбирать между одной и другой сверхдержавами, поскольку экономические интересы страны cвязаны с обеими, поэтому важно избегать чрезмерной идеологизации, которая может вызвать тревогу у одной или другой стороны [52]. Сходная стратегия предполагается в отношениях и с другими незападными партнерами. В интерпретации Х.А. Каста БРИКС воспринимается не как прагматическая экономическая платформа, а как политико-идеологический проект, ассоциированный с концепцией многополярности и альтернативного мирового порядка, а участие в подобных форматах несет скорее символические риски, чем реальные выгоды. Российское направление во внешней политике выглядит вторичным, но в то же время симптоматичным. Вероятнее всего, формальные каналы взаимодействия с Россией ограничатся прагматичными и минимально политизированными форматами при отсутствии стремления к углублению сотрудничества или выстраиванию стратегического диалога [6].
Гондурас: возвращение и традиционализмуНа всеобщих выборах в Гондурасе правящая партия «Свобода и восстановление» (ЛИБРЕ), придерживающаяся принципов «социализма XXI века», потерпела сокрушительное поражение, а политический маятник вновь качнулся вправо, что связано с неоднозначными итогами правления Сиомары Кастро (2022 — 2026). В результате сбалансированной стратегии и субсидий для малоимущих слоев удалось обеспечить относительно высокие ежегодные темпы экономического роста (3,5%) и добиться снижения инфляции с 9,1 до 4,2% [33]. Хотя Гондурас остается беднейшей страной региона, с 2023 по 2025 г. включительно уровень бедности снизился с 64,1 до 60,1%, а нищеты — с 41,5 до 38,3%. При этом сохранялась крайне высокая степень неравенства: на 5% самых состоятельных граждан в 2025 г. приходилось 77,5%, в то время как на 5% самых бедных — только 1% доходов [29]. Несмотря на эпизодическое объявление чрезвычайного положения и комендантского часа, острой оставалась проблема безопасности и оргпреступности [1. C. 36-42]. Хотя уровень насилия продолжал снижаться (2022 г. — 38.1, 2023 г. — 34,4 и 2024 г. — 25,3 убийств на 100 тыс. населения), в 2024 г. было зарегистрировано 2503 убийства. По этому показателю в регионе Гондурас уступает только Эквадору и Колумбии [31]. Правление С. Кастро осложнилось после обострения отношений с первым вице-президентом Сальвадором Насраллой, возглавлявшим в то время Партию спасителя Гондураса, что привело к распаду правящей коалиции и утрате пропрезидентского парламентского большинства. Критики правительства обвиняют правившую ЛИБРЕ в семейственности: лидером партии и советником президента является ее супруг Мануэль Селайя, ключевые посты в государстве занимали их родственники и друзья. Недовольство вызывали патернализм партии, ее жесткая вертикальная структура, оторванность от масс, отсутствие внутрипартийной демократии, попытки ограничить деятельность оппозиционных СМИ, коррупционные скандалы и т.д. Сужению социальной базы правительства способствовали обострение отношений с крупными предпринимателями и частным сектором в целом, руководством католической церкви и евангелистами. После экстрадиции экс-президента Хуана Орландо Эрнандеса (2014 — 2022), приговоренного в США к длительному тюремному заключению по обвинению в наркотрафике, большой удар по имиджу власти нанесла демонстрация видеоролика о встрече Карлоса Селайи, брата экс-президента и лидера партии, депутата и секретаря Национального конгресса, с представителями одного из наркокартелей [49]. Внешняя политика была активной: президент нанесла 28 зарубежных визитов. Отношения с США складывались корректно, хотя и осложнялись попыткой аннулировать соглашение об экстрадиции наркоторговцев. Гондурас разорвал дипломатические отношения с Тайванем и установил их с Китаем. При голосовании в ООН и других международных организациях представители страны часто воздерживались при принятии антироссийских резолюций в связи с конфликтом на Украине. В Латинской Америке Гондурас играл важную роль после избрания в 2024 г. С. Кастро очередным председателем Сообщества государств Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК). На этом посту президент выступала с резкой критикой блокады и санкций против Кубы, Венесуэлы и Никарагуа, что вызывало разногласия с правыми правительствами и недовольство оппозиционно настроенного электората. По итогам праймериз 9 марта 2025 г. были зарегистрированы пять кандидатов на пост главы государства, но реальная борьба развернулась между тремя претендентами. Правящую партию «Свобода и восстановление» представляла Рикси Монкада, соратница М. Селайи и С. Кастро, выступавшая за преемственность проводимой политики, демократизацию экономики, приоритет госсектора, социальную справедливость и устойчивое развитие. Ключевые положения программы кандидата правоцентристской Либеральной партии С. Насраллы, известного политика и телеведущего, ранее состоявшего в четырех партиях, включали укрепление демократии и правового государства, борьбу с коррупцией, социальное благополучие, продовольственную безопасность, процветание сельского хозяйства и развитие инфраструктуры. Консервативную Национальную партию представлял Насри Асфура. Выборы 30 ноября 2025 г. проходили в одном туре. Минимальный разрыв между кандидатами от консерваторов и либералов и постоянно меняющиеся предварительные итоги голосования привели к росту социальной напряженности. После объявления Н. Асфуры победителем С. Насралла потребовал пересчета голосов, Р. Монкада — аннулирования выборов, а С. Кастро призвала население к массовым протестам, в ходе которых были ранены несколько человек. Окончательные результаты были опубликованы только к 30 декабря 2025 г., а 6 января 2026 г. Суд электоральной юстиции большинством голосов отклонил претензии оппонентов. Ключевую роль в принятии решения сыграло заявление президента США Трампа, который пригрозил в случае поражения Н. Асфуры полностью прекратить финансовую помощь Гондурасу и амнистировал экс-президента и бывшего лидера Национальной партии Х.О. Эрнандеса [19]. По уточненным официальным данным Н. Асфура набрал 40,26%, С. Насралла — 39,55%, а Рикси Монкада — только 19,20% голосов. В однопалатном парламенте Национальная партия заняла 49, Либеральная партия — 41, «Свобода и восстановление» — 35 и другие партии 3 из 128 мест [24]. 27 января 2026 г. конгресс провозгласил Н. Асфуру президентом. Насри Асфура Саблах родился в Тегусигальпе 8 июня 1958 г., он потомок палестинских иммигрантов-христиан, изучал гражданское строительство в Национальном автономном университете Гондураса. Строительный магнат был депутатом парламента и мэром столицы, ранее баллотировался на президентских выборах, а в январе 2025 г. был избран председателем Национальной партии. Внутренняя политика Н. Асфуры базируется на социальном консерватизме. В плане правительства на 2026 — 2030 гг. отмечается необходимость укрепления демократических институтов и правового государства. Для обеспечения национальной безопасности предусматривается разработка профилактических мер по предотвращению преступности, усиление полиции и судебных органов, установление полного территориального контроля силовых структур над криминальными районами, борьба с коррупцией. Для решения энергетической проблемы предлагается сократить потери электроэнергии и развивать ее возобновляемые источники. В экономике отдается приоритет модернизации промышленности, созданию мелких и средних предприятий, привлечению национального и иностранного капитала и ниаршорингу, децентрализации, созданию рабочих мест в формальном секторе, реализации инфраструктурных проектов и обеспечению продовольственной безопасности. В социальной сфере президент предполагает обеспечить доступ к базовым медицинским услугам и образованию, а также оказывать поддержку уязвимым слоям населения [46]. Первые шаги президента свидетельствуют о его приоритетных отношениях с США, ЕС и Израилем, активизации связей с Аргентиной, Сальвадором, Чили и другими представителями правого спектра и об обострении отношений со сторонниками «социализма XXI века». Нельзя исключить сформулированное в ходе избирательной кампании стремление восстановить дипломатические отношения с Тайванем. Новому президенту, полномочия которого оспариваются значительной частью (а возможно, и большинством) граждан, придется столкнуться со старыми и новыми вызовами: добиваться стабилизации поляризованного и расколотого общества, снижения уровня бедности и решения других социальных проблем, бороться с криминальными бандами, связанными с наркотрафиком, и коррупцией.
* * *Общие закономерности усиления влияния политиков правого спектра: – В условиях крайне высоких цен на товары традиционного экспорта левые правительства смогли направить существенные ресурсы на решение социальных проблем, что способствовало переизбранию или приходу к власти «прогрессистов» и вызывало завышенные ожидания населения, особенно новых средних слоев. Из-за изменившейся экономической конъюнктуры субсидиарная модель развития начала давать сбои, леворадикальные и левоцентристские правительства не смогли реализовать декларированные социальные программы, что разочаровало значительную часть электората. – Распределительная экономика порождала иждивенческие настроения и сдерживала частную инициативу, вела к чрезмерной бюрократизации и неповоротливости госсектора и увеличению численности госаппарата, росту бюджетного дефицита и инфляции. Широкий размах получили коррупционные скандалы, завершившиеся импичментом ряда глав государств и смещением чиновников, активно использовавшиеся во время избирательных кампаний. Из-за этих обвинений в большей степени пострадали находившиеся у власти политики, принадлежащие к левому спектру. – Чаще всего «прогрессисты» побеждали на выборах с минимальным преимуществом и не располагали парламентским большинством, им не удавалось реализовать модель коалиционного президентства, обеспечить политическую стабильность и осуществить свою предвыборную программу из-за бойкота правой оппозиции. Кроме того, большинство губернаторов принадлежали к оппозиционным партиям и тормозили реализацию решений центральной власти. – Смене власти способствовали кризис государственных институтов, падение рейтинга партий, фрагментация партийно-политических структур, несоответствие партийных и парламентских фракций, что привело к феномену т.н. «усталой демократии». – В большинстве случаев правительства не смогли справиться с криминализацией общества и оргпреступностью, ростом наркотрафика и насилия и обеспечить безопасность граждан, среди которых в результате вырос запрос на политику «жесткой руки». – Негативную роль сыграли усиление авторитарных тенденций и стремление сторонников «социализма XXI века» продлить свои полномочия путем реформирования конституций или даже игнорирования законодательства и народного волеизъявления, усиления контроля за независимыми СМИ и ограничения оппозиции. Правые политики активно использовали в пропагандистских целях системный кризис в Венесуэле и на Кубе, игнорируя его причины. – Часть латиноамериканского общества выражала недовольство либерализацией употребления наркотиков и абортов, отказом от традиционных семейных ценностей и т.д. Эти решения подвергались критике со стороны Римско-католической церкви и евангелистских сект, которые способствовали приходу к власти консервативных партий и политиков. – Одним из ключевых пунктов программы «прогрессистов» была борьба с климатическими изменениями, которая часто носила гипертрофированный характер, препятствовала добыче полезных ископаемых и развитию промышленности. – Решающую роль сыграл фактор Трампа, который открыто поддерживал правых кандидатов, обещая им моральную поддержку и материальную помощь, и оказывал беспрецедентное давление на левые правительства, принимая новые санкции и грозя военным вмешательством.
Литература1. Гондурас: новые левые перед старыми вызовами. М.: ИЛА РАН, 2023. комментарии - 0
Мой комментарий
|
Подписка
|
